• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
visionusersearch
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»Издательский дом ВШЭРабкор.ру - СССР: Жизнь после смерти/ под ред. И.В. Глущенко, Б.Ю. Кагарлицкого, В.А. Куренного

Рабкор.ру - СССР: Жизнь после смерти/ под ред. И.В. Глущенко, Б.Ю. Кагарлицкого, В.А. Куренного


  СССР: Жизнь после смерти 

Интернет-журнал Рабкор, 02.11.2012
Алина Волынская

Лебединая песня СССР

Тема советского сегодня служит одним из основных интересов для западной славистики. В российском же научном поле советское как объект исследования все еще находится на этапе становления — мы пока, по большей части, заняты решением вопроса о том, был ли Советский Союз уникальным опытом, в который нужно вернуться, или тем, о котором надо быстрее забыть.

В октябре издательство Высшей школы экономики выпустило сборник статей «СССР: жизнь после смерти», который призван заполнить эту лакуну. Изображение «Лебединого озера» на обложке вполне прозрачно напоминает о «смерти», «новой жизни» и необходимости осмысления перехода от одного к другому.

Сборник составлен по материалам одноименной конференции, проведенной совместно Институтом глобализации и социальных движений (ИГСО) и отделением культурологии НИУ ВШЭ (декабрь 2011 г.), а также круглого стола «Второе крушение: от распада Советского Союза к кризису неолиберализма», состоявшегося в рамках выставки «Memory art 19/91» (февраль 2012 г.).

В программных статьях авторов-составителей сборника — Бориса Кагарлицкого, Ирины Глущенко и Виталия Куренного — предлагается новый взгляд на исследования советского.

Спиритуалистическая метафора в названии при этом выглядит на редкость плодотворной. Авторы сборника показывают, что исследования советского — это не просто эксгумация, но в первую очередь, осмысление живого и актуального, современного опыта, который наполнен (призрачными) формами, порожденными СССР.

Советское как объект исследовательского интереса, конечно, исключительно актуально и привлекательно, но совершенно непрозрачно. В первую очередь, из-за двойной идеологической подоплеки: идеологии Советского Союза, которая сложным образом взаимодействовала с реальным положением дел в СССР, и сегодняшней риторики власти, которая паразитирует на теме советского наследия, то отрицая, то присваивая различные стороны советского опыта. Выход из этой идеологической ловушки авторы сборника видят в обращении к повседневным и социокультурным практикам.

Но и с ними все не так просто. Сам по себе предикат советского сегодня уже не просто отсылает к конкретным историческим реалиям или конкретному живому опыту. Пережив трансформации от «светлого будущего» к «темному прошлому», а оттуда к объекту ностальгии и отказу от крайних оттенков цветового спектра, он приобрел самые противоречивые коннотации.

Мы можем с нежностью относиться к советскому кино и тихо ненавидеть советскую архитектуру, вздыхать о качестве советских продуктов и духовности, потерянной где-то в недрах общества потребления.

Это приводит к необходимости описывать даже не само по себе советское общество, но именно опыт советского и те формы и обличья, которые он принимает сегодня. Иными словами, в первую очередь, нужно описать именно жизнь после смерти — то, в каком виде советские социально-культурные практики и модели организации жизни существуют в современной России.

Такая постановка вопроса позволит одновременно рассмотреть советский опыт через призму постсоветского и проанализировать современные культурные практики как продолжение (или трансформацию) советской модели.

А теперь о том, что получилось. Сборник включает в себя двадцать пять статей, которые разбиты на семь тематических блоков, посвященных, соответственно, проблемам изучения советского, организации жизни в СССР и современной России, национальной политике, советским социально-культурным практикам, становлению потребительского общества в СССР, образу Советского Союза сегодня и «второму крушению» СССР.

Каждая из статей определенным образом рифмуется с общей заявленной темой и содержит в себе собственный сквозной сюжет и собственную оптику: от авторского анализа траекторий пути СССР и современной России до точечного анализа отдельных примеров, практик, районов и периодов. Анализ конкретных кейсов сопровождается рефлексией о том, как сегодня может исследоваться советское.

Социалистический коллективизм и «Край, где ни разу я не был…», темброакустическое конструирование советского этоса и «Приключения Кроша», кризис неолиберальной модели и воплощенная мечта о советском общепите — словом, тематическое разнообразие вдохновляет и сбивает с толку.

Столь же разнообразны библиография (масштаб — от Аристотеля до меню советских чебуречных) и методы исследований (глубинные интервью, анализ архивов, повестей и уголовного законодательства, отсылки к личному опыту и воспоминаниям).

Последний пункт требует отдельного разъяснения. Авторами сборника стали как признанные и сложившиеся ученые (добрая половина авторов — доктора и кандидаты различных наук), очевидно, знающие о жизни в Советском Союзе не только по итогам академических штудий, так и студенты и аспиранты, не заставшие СССР (по крайней мере, в сознательном возрасте).

Это многоголосие, пожалуй, представляет особый интерес. Исследования советского опыта возникают на стыке прожитого и непрожитого, понятого и непонятого, явного и незаметного.

Впрочем, иногда полифония зашкаливает, и мнения авторов статей напрямую противоречат тезисам редакторов. Так, в статье А. Шубина (которая, между прочим, включена в блок: «Как изучать советское») путь от СССР к либерализму описывается как путь деградации. Стоит ли это понимать так, что траекторию пути России предписывается исследовать в терминах прогресса и регресса?

Сборник призван дать целостную картину того, как и в каких формах сегодня существуют советские бытовые и социокультурные практики. Но глобальность вопросов, которые задаются, затмевает точечные ответы. Многообразие тем, аспектов и оптик оставляет скорее послевкусие проблемы, чем ее решения.

Зато «СССР: жизнь после смерти» представляет собой тот редкий тип научного сборника, который способен вызвать горячий спор у кого-то за исключением его авторов. При чтении статей о политике, конечно, такой эффект не очень наблюдается. Но вот когда начинается тема повседневности, то люди, рожденные до московской Олимпиады, оживляются. Устройство советского общепита и «другая жизнь вещей» (известная как «маленькие хитрости» по преобразованию ненужного в полезное) вызывают горячие споры и буйную волну ностальгии.

В завершение немного и про заднюю обложку, которая заслуживает отдельного внимания. На ней — похвалы Иммануила Валлерстайна, Георгия Дерлугьяна и Крэга Калхуна (к слову, супер-авторитетных и признанных западных ученых). Валлерстайн, в частности, пишет, что «книга дает пищу для серьезного обдумывания; пройти мимо нее нельзя».

Что делать? Остается только к нему присоединиться.

Текст статьи на rabkor.ru